Д. А. Черняков
"Очерк истории Черноморского биосферного заповедника"

"В 1959 г. на Ягорлыцком п-ве создается военный авиационный полигон. Из земель участка "Ягорлыцкий Кут", и так уже "обрезанного" со всех сторон до предела в предыдущие годы, было изъято и передано создаваемому военному полигону 676 га суши (южное побережье Ягорлыцкого п-ва, Сибирские о-ва), а также 1205 га акватории охранной полосы в Тендровском заливе. Вместо них к заповеднику был прирезан участок в 402 га земель значительно меньшей природоохранной ценности (155 га пашни, 160 га сенокоса, 16 га выгона) из земель совхоза "Каракульэкспорт" [Пост. СМ УССР № 301-039 от 2 марта 1959 года]. Противостоять всесильному военному ведомству, по-видимому, было невозможно. Скорее всего, вопрос даже не обсуждался. Во всяком случае, в архиве заповедника нет никаких следов предварительной переписки по этому вопросу. Это -- последняя территориальная утрата заповедника. Так хочется верить, что последняя..."

Карл Р. Поппер
"Эволюционная эпистемология"

"Ясно, что этот взгляд на прогресс науки очень напоминает взгляд Дарвина на естественный отбор путем устранения неприспособленных - на ошибки в ходе эволюции жизни, на ошибки при попытках адаптации, которая представляет собой процесс проб и ошибок. Так же действует и наука - путем проб (создания теорий) и устранения ошибок.

Можно сказать: от амебы до Эйнштейна всего лишь один шаг. Оба действуют методом предположительных проб (ТТ) и устранения ошибок (ЕЕ). В чем же разница между ними?

Главная разница между амебой и Эйнштейном не в способности производить пробные теории ТТ, а в ЕЕ, то есть в способе устранения ошибок.

Амеба не осознает процесса устранения ошибок. Основные ошибки амебы устраняются путем устранения амебы: это и есть естественный отбор.

В противоположность амебе Эйнштейн осознает необходимость ЕЕ: он критикует свои теории, подвергая их суровой проверке. (Эйнштейн говорил, что он рождает и отвергает теории каждые несколько минут.)"

Михаил Щербаков -- Интермедия 3

Якраз у лютому минулого року мені довелося декілька разів підряд з’їздити до Києва з усілякими справами, пов’язаними із підготовкою до захисту дисертації. Незадовго до того мені до рук потрапила автобіографічна книга відомого фізика-теоретика Ісаака Марковича Халатникова "Дау, Кентавр и другие". Саме вона допомогла мені не помічати млосні години подорожей потягом. Одним словом, усіляко рекомендую.

Для запалу -- декілька цитат з книги.

Ісаак Маркович про своє дитинство в Катеринославі:

В тридцатые годы на Украине был голод. В школу я посту­пил в 1926 г., а уже в 1932, когда был голодомор, я получил там свой самый первый урок лицемерия.
Представьте себе картину — на улицах лежат опухшие от голода мертвые и умирающие люди, и мы, тринадцати-четырнадцатилетние подростки, не только видели это своими глаза­ми каждый день, но и сами ели не так часто, как хотелось бы. А на уроках обществоведения нам рассказывали о преимуще­ствах социалистической системы и советской жизни. И после каждой фразы наша учительница, обращаясь к голодным де­тям, вопрошала: «Дети, правда, вы сыты?» Эти уроки я запом­нил на всю жизнь. И до сих пор, приглашая гостей, после окончания большого застолья, иногда спрашиваю: «Дети, прав­да, вы сыты?»
До 1935 г. есть было практически нечего. Была строгая кар­точная система. Карточки назывались «заборные книжки». На углу нашей улицы в подвальчике находился магазин, и там по этим книжкам изредка выдавали тюльку. Килограмм в одни руки, и его непременно записывали в эту самую «заборную книжку». Но в 1935 г., после того, как Сталин объявил, что жить ста­ло лучше, стало веселее, во всех магазинах сразу появились белые калачи. Это было. Я до сих пор помню эти калачи — до того мы такого хлеба не видели.